Татьяна Димони – о ценностях поколений в повестях писателя Федора Абрамова «Пелагея» и «Алька»

Торжественное открытие VI Всероссийских Беловских чтений «Белов. Вологда. Россия» состоялось в Вологодской областной библиотеке имени Бабушкина.

Доклады об изучении творческого наследия Василия Белова и других писателей-деревенщиков представили историки, филологи и краеведы из Вологодской области, Архангельска, Нарьян-Мара, Санкт-Петербурга, Иркутска.

Среди них – доктор исторических наук, доцент, профессор кафедры отечественной истории ВоГУ Татьяна Димони.

Татьяна Михайловна исследовала ценности поколений, отраженные  в повестях писателя Федора Абрамова «Пелагея» и «Алька». Представляем тезисы ее доклада.

– Яркая страница русской литературы второй половины ХХ века связана с феноменом деревенской прозы. Оформившись в конце 1950-х — 1960-е гг. это литературное течение сохраняло высокую популярность практически до конца советского времени. Деревенская проза отразила глобальные изменения в российском обществе.

– Одним из ярких представителей деревенской прозы стал Федор Абрамов. Писатель в своих произведениях поднимал множество проблем, связанных с изменением нравственных устоев общества. Такими работами стала серия из двух взаимосвязанных повестей «Пелагея» (1969) и «Алька» (1971). Действие повестей происходит в 1960-е годы, которые сами по себе были очень значимыми в истории России. Это было время окончательного выхода страны из состояния аграрного общества, утверждение общества индустриального типа.

– Повести посвящены судьбам матери и дочери Амосовых их глухой деревни, расположенной на Европейском Севере России. Дополнительную значимость повестям о судьбах матери и дочери придает поколенческая динамика. Федор Александрович описывает женщин как типичных представителей разных поколений со своими ценностями и смыслами.

– Этапы жизненного пути в матери и дочери Амосовых совершенно разные. По основным вехами биографии матери, Пелагеи Амосовой, описанным в повести «Пелагея», можно вычислить, что родилась героиня в начале 1920-х годов, автор описывает ее работу в колхозе, ожидание мужа с войны, упорное желание добиться «хлебного» места – стать «пекарихой» в колхозе. Особый драматизм борьбе за должность Пелагеи придает то, что, добившись всеми правдами и неправдами своей цели, работать на деревенской пекарне она начала в трагичном 1947 г. Этот год в истории России, да и всего Советского Союза, ознаменовался масштабным послевоенным голодом, число жертв которого, по подсчетам историка Вениамина Зимы, составило около 1 млн. человек, в том числе 0,5 млн. – в России.

 

Пелагея. Рисунок Е. Натаревич

 

– Одной из возможностей реализовать свой прошлый высокий, а ныне утраченный статус Пелагея видит в возможном выстраивании удачной жизненной траектории для своей дочери – Альки, через которую «им, Амосовым…суждено когда-нибудь по настоящему выйти в люди». Сокращенная форма имени вместо полного имени Алевтина употребляется в повестях Федора Абрамова не случайно, оно как бы противостоит довольно основательному и тяжелому материнскому имени Пелагея. Алька родилась, видимо, в конце 1940-х гг., выросла, что было для деревни редкостью (в связи с последствиями Великой Отечественной войны), в полной семье. Ее отец Павел был колхозником, участником Великой Отечественной войны, одно время работал бригадиром, что подчеркивает высокий в прошлом социальный статус семьи). Читатель видит Альку в основном на праздниках: домашних посиделках, деревенских танцах: ей «везде хотелось ухватить кусок радости». Она везде в центре внимания, молодая, легкая, яркая. Пелагея надеется удачно выдать дочь замуж, желательно за «городского». Найти городского жениха вообще являлось в деревенской среде одной из типичных форм социальной мобильности.

Алька. Рисунок Е. Натаревич

– В противостоянии двух главных героинь Пелагеи и Альки писатель рассматривает проблему ценностей поколений.  В центре его внимания такие нравственные вопросы как отношения между мужчиной и женщиной, отношение к труду, отношение к дому.

– Другая часть противопоставлений поколенческих ценностей раскрыта Федором Абрамовым через образ «Дом». Дом и «добро» были для Пелагеи сосредоточением всех мирских ценностей, она старалась чтобы дом выглядел «всем на зависть»: «Углы у передка обшиты тесом, покрашены желтой краской, крыша новая, шиферная…, крылечко по-городскому, стеклом заделано – да с таким домом и в городе не последним человеком будешь». Алька же ценности дома совершенно не чувствует. Без сожаления покинув родной дом и возвратившись в деревню после похорон матери она, скорее, побаивается опустевшего и осиротевшего дома: «Два дня у Альки ушло на распродажу отрезов на платья, самоваров и прочего добра, нажитого матерью. А на пятый день Алька заколотила дом на задворках…». Нет у нее чувства любви и сопричастности к родной земле, родному «печищу» (так в архангельской деревне называли дома): «Дом на задворках ветшал и дряхлел на глазах. Он вдруг как-то весь скособочился, осел, а в непогодь,  сырость просто сил не было смотреть на его заплаканные окна: так и кажется, что он рыдает». Уезжая из деревни навсегда, Алька дает поручение тетке продать родной дом. Это и было ее личное раскрестьянивание.

Таким образом, художественный метод позволил Федору Абрамову поставить важнейшую проблему кардинальной трансформации традиционных (крестьянских) ценностей во второй половине ХХ века. Образы матери и дочери как нельзя лучше продемонстрировали разрушение крестьянских представлений о семье, доме, нравственных идеалах и нарастание индивидуальных, далеких от общинных, представлений о счастье, которое в повестях ассоциировалось с городским типом жизни.